Cat (puta_flaca_mala) wrote,
Cat
puta_flaca_mala

  • Mood:
  • Music:

псих, vol.2

Мы с соседом по парте пытались справиться с совершенно неподъемной контрольной за десять минут, а учительница и другие ученики постоянно вопили, что мы их задерживаем. Я рявкнула на учительницу и была изгнана в коридор. Коридор был похож на кабаре. В соседнем классе я видела всех моих школьных приятелей, которые готовились к празднику – я не понимала, почему я не там, и провозгласила, что я немедленно возвращаюсь сюда, что здесь мне и место. И когда я решила вернуться за своими вещами, я увидела, что все в этом новом классе, и этом коридоре, одеты в праздничную одежду, что девочки все накрашены красной помадой и одеты в черное кружево. То ли гангстерские похороны, то ли кабаре. И в какой-то момент в коридоре стало так много людей, что мне просто не захотелось никуда возвращаться, и я прошла мимо нужной двери, чувствуя себя чужой.



- Аааа, какой отвратительный сон, - говорю я и замечаю, что возле моей кровати сидит почти лысая Марселла. Нет, ну не совсем лысая, конечно, но ежик у нее довольно беспомощный. Так, я не хочу, чтобы все сейчас превратилось в сопливую мелодраму. Одна книга – один больной человек. Все остальные больные люди – вон отсюда.

- Тебе нравится? – спрашивает Марселла и делает вид, как будто вытряхивает из головы побелку.

- Ты всю ночь тут сидела и ждала, чтобы это спросить?

- Нет, просто уже десять утра, а ты спишь с девяти вечера. Вредно так много спать.

- Вредно притворяться тифозной больной, когда у тебя нет тифа, так можно и сглазить, - говорю я.

Такое чувство, что я на секунду проваливаюсь обратно в сон.

- Это ад, - говорю я.

- Кошмар приснился?

- Лучше бы кошмар. Я никогда в жизни не хочу иметь ничего общего со школой. И с университетом тоже. Бррр, такое впечатление, что все навечно стало плохо и никогда не станет хорошо. И что совершенно не имеет значения, что вчера был прекрасный день, потому что дальше все будет отвратительно, и я никогда не буду счастлива, и мне все время придется провести в рабстве у каких-то чертовых школьных учителей.

- Печально, - говорит Марселла.

Я какое-то время таращусь на предметы в комнате, чтобы не закрывать глаза и снова случайно не заснуть. Я вижу свою нераспакованную сумку у стены, вижу, что за окном, вдалеке, люди вереницей идут на пляж. Море слепит глаза.

- И что вокруг будет куча людей, неважно, хороших, или плохих, главное, что куча. И что они будут все время приставать ко мне с вопросами, и что я не смогу от них отвязаться даже по выходным, а выходной у меня будет всего один и каждый раз в другой день недели. И что мне будет за себя постоянно стыдно, и я буду ходить и мечтать о том, как бы мне на голову так замечательно кирпич упал.

- Прекращай, - говорит Марселла со слезой в голосе.

- Я не могу, - говорю я. – Я действительно сейчас верю, что все так и будет.

- Поговори с Райдером.

УЫЫЫЫЫААААААААААААААА.

- О господи, что это?

- Это критик, - говорю я. – Он сейчас убеждает меня, что не существует никакого Райдера.

- Существует, - мрачно говорит Марселла, - иначе у меня бы не было этой идиотской п-п-п-прически.

- Проспорила? – радостно интересуюсь я. Видимо, Марселлу совсем захлестывает обида, потому что она безнадежно застревает на букве «п».

- Это странно, но тебе идет. Хотя будет лучше, когда немного отрастет и ты станешь хоть чуть-чуть лохматой.

Если верить картине событий, восстановленной со слов Марселлы и Райдера, вчера вечером я приехала, не сказав ни «здрасьте», ни «до свидания», и торжественно легла спать, не посоветовавшись с общественностью. Я помню только, что ехала совершенно идиотским поездом, потому что мне внезапно расхотелось садиться на автобус. Знаете, это все теперь напоминает другой идиотский тип фильмов, наподобие какого-нибудь «Мальчишника в Вегасе», но я совершенно серьезно вижу у себя в голове вчерашний день как сквозь мокрую тряпочку. Я смутно помню, что рядом со мной кто-то все время разговаривал по телефону, какая-то девица – уже по тону, которым было сказано «алло», было понятно, что она не закроет рот часа три. Потом у нее села батарейка, она (девица, хотя батарейка была бы здесь веселее) стала меня разглядывать и потом заорала – эгегей, да ты же младшая сестра, да как он там, да мы были…

- Женат, - сказала я сурово, - женат, трое детей, эмигрировали всей семьей в Северную Корею. Страницу на фейсбуке ведет специально нанятый человек, и на ней все неправда.

Я не знаю, рассказывать ли это Райдеру, когда он явится – он все равно решит, что я издеваюсь.

Марселла ушла и, судя по звукам, роется в холодильнике, но я не могу заставить себя встать, потому что я не верю, что я наконец-то здесь, и по крайней мере сейчас можно ни о чем не думать. Я почти ныряю обратно в сон, когда со мной рядом, как мне кажется, раздается дикий грохот – кровать подпрыгивает, я вместе с ней, и я окончательно просыпаюсь.

- Пошли купаться, - говорит Райдер, который только что упал на кровать рядом со мной и теперь тыкает меня пальцем в бок, как будто у меня там кнопка. 



Tags: писанина, псих
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments