Cat (puta_flaca_mala) wrote,
Cat
puta_flaca_mala

микрорассказ, который я выкладывала в начале года, оказался таки не микро.
У меня лопнула линза. Когда я пошла к врачу, мне сообщили, что у меня инфекция и прописали капли на неделю, в течение которой линзы мне нельзя носить вообще. Чтобы вы хорошо понимали - это значит, что на неделю я фактически ослепла и понятия не имею,что там на самом деле происходит с моим лицом. Я терпеть не могу солнечные очки – они делают из моей переносицы бог знает что, так что заказывать обыкновенные очки с диоптриями тем более нет смысла. Я не сразу осознала масштабы катастрофы (катастрофа это вообще или нет?), потому что с моим пластилиновым лицом уже и так фактически играешь на харде.
По дороге домой я разглядывала людей в автобусе с некоторым злорадством: я отклонение от нормы, а они невнятные пятна. Все вокруг уже не кажутся такими совершенными в сравнении со мной - чем хуже их видишь, тем быстрее становится все равно. По большому счету мы все пятна – начинаем как пятна, продолжаем как пятна; все больше и больше сосредотачиваемся на себе, считаем, что приобретаем смысл и форму, а результат, если посмотреть со стороны, все тот же. Пятно.
Не стоило обольщаться, дома, конечно, я плакала. Даже если убрать из уравнения лицо, я уже несколько лет чувствовала, что мое тело перестало меня слушаться – я много болею, болею дольше, хуже сплю, болит у меня все по очереди, как будто мне сто двадцать лет. Я не пишу дневники, потому что в целом я эмоционально оглохла до состояния ракушки, которая иногда что-то шуршит в ответ тому, кому попадается в руки. Даже не знаю, как я до сих пор плачу.
Второй день прошел на удивление славно – относительная слепота меня почему-то защищала, можно было не думать о том, что находится дальше моей вытянутой руки. Было легче уходить в себя, не раздражаться на тему того, кто как выглядит (все равно все выглядят никак). Я всем говорила про свою проблему. Наконец-то нашлась проблема, о которой можно всем говорить. Дорога домой, однако, оказалась труднее, чем дорога на работу – то ли я устала, то ли сказалась головная боль с непривычки, но я спотыкалась о каждый знакомый камень и бордюр, а однажды чуть не упала. У всего вокруг была какая-то странная, непривычная мне глубина, которую раньше я оценивала без труда.
Паника началась на третий день, когда я поняла, что не вполне доверяю своим рукам. Я сделала привычный вариант лица, не глядя в зеркало, но что-то меня в нем беспокоило.  Я попробовала ещё раз. Этот раз был лишним - как любой случай, когда вы стираете подводку с одного глаза, пытаясь добиться более удачной линии (и в конце концов у вас совершенно пропадает ощущение собственного лица). Чтобы понять, что я делаю не так, нужно было влезть носом в зеркало, но как только я отодвигалась на нормальное расстояние, лицо переставало казаться моим.
Это была пытка.
Я взяла телефон, собираясь позвонить на работу и сказать, что заболела. Что ты глупишь, сказал внутренний голос сердито, кому вообще интересно твое лицо. Я покорно отложила телефон, стала одеваться, стараясь не смотреть в зеркало. Накрасила губы чем пришлось, неярким, чтобы не слишком промазать. В голове, как бегущая строка, кружились объяснения, которые мне еще ни разу не понадобились, но тем не менее были заготовлены на всякий случай.
Зачем, зачем я вообще до сих пор работаю в офисе, почему нельзя было просто тихо затаиться дома и заниматься каким-нибудь фрилансом?
Уже в подъезде я, похлопав по карманам, обнаружила, что так и не взяла телефон. Пришлось бегом подниматься наверх (одышка, холодный пот, старость приближается быстрее, чем я думала), а наверху – чертовы приметы – я решила посмотреться в зеркало. Сколько сигарет было выкурено в результате, я не помню. И это при том, что меня удивительно легко отпустили с работы, и даже заботливо приказали сидеть дома до конца недели – все-таки я работаю с людьми, и мой кашель был достаточно убедителен. Пока со мной все было нормально, я ценила свою репутацию и способность выбирать нужные слова. Я всегда приходила вовремя и всегда безукоризненно отвечала на письма.
Дело было не в том, что я выглядела плохо. Я не знала, как я выглядела. Такое впечатление, что после определенного количества попыток и поправок мой мозг забыл, что должно было быть на месте моего лица.
Что ж, это был непрошеный и не вполне комфортный островок свободы, и оставаться в одиночестве мне было страшно. Я включила какой-то сериал, но скоро поняла, что не могу на нем сосредоточиться – меня все время тянуло посмотреть в зеркало и что-то подправить. В конце концов, после получаса хождения по квартире я добрела до ванной, зажгла свет и сделала из лица уродливое месиво, в котором абсолютно ничего не было хорошо – а, стало быть, было нечего оценивать критически.
Это успокоило мои нервы, и я в первый раз за полтора года заснула лицом в подушку.
Tags: bullshit, писанина
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments